ХОЛОКОСТ В ДОНЕЦКЕ. КАК ЭТО БЫЛО. Часть 4. Кровавый календарь (окончание) - 7 Мая 2016 - Юзовка-Сталино-Донецк: страницы еврейской истории
Приветствую Вас, Гость
Главная » 2016 » Май » 7 » ХОЛОКОСТ В ДОНЕЦКЕ. КАК ЭТО БЫЛО. Часть 4. Кровавый календарь (окончание)
22:53
ХОЛОКОСТ В ДОНЕЦКЕ. КАК ЭТО БЫЛО. Часть 4. Кровавый календарь (окончание)


Вот и наступило время последней части исследования холокоста на территории современного Донецка. К сожалению, ставить в этом вопросе точку еще рано – все еще остается слишком много белых пятен, а документальная база или отсутствует, или сильно разрознена и требует серьезного анализа. Но общие вехи были, наконец заданы.


На фото: здание шахты 4-4 бис частично разрушенное оккупантами 4 сентября 1943 года

И теперь мы знаем, что документально можно подтвердить гибель в городе Сталино 5 тысяч евреев, из которых 2 тысячи военнопленные; что до весны 1942 года евреев казнили не только на шахте 4-4бис, но и на территории современного ботанического сада; что немалую роль в холокосте сыграл совет еврейских старейшин; что никакой массовой акции уничтожения евреев, вроде Мариупольской, в Сталино не проводили; что рассказы о душегубках, колоннами разъезжающих по городу несколько преувеличены; что, оказывается, за холокост ответственны вполне конкретные люди.

Февраль.

В феврале 1942 года айнзатцкоманда 6 продолжает кружить вокруг шахтерской столицы, уничтожая евреев, задержавшихся в окрестных поселках и городах. До прихода в Горловку зондеркоманды 4-b, сотрудники Роберта Мора расстреляли здесь вначале февраля  280 иудеев.  22 февраля уничтожили 121-го еврея в Красногоровке. 23 февраля – 50 человек в Марьинке. Как видим, утверждение, что в Сталино привозили евреев из округи, не выдерживает критики.

Не забывали нацисты и местную общину. В период с 13 до 19 февраля 1942 г в Сталино было расстреляно 369 евреев. К сожалению, на данный момент нельзя с точностью назвать место их гибели. Возможно – это произошло уже на Калиновке. А возможно - на территории ботанического сада, т.к. очевидцы утверждают, что расстрелы там велись на протяжении всей зимы 41-42 годов. Действительно, не оставлять же уже подготовленные могилы пустыми?

К концу месяца руководство айнзатцгруппы «С» принимает решение, что пришло время покончить с еврейской общиной шахтерской столицы.

В последних числах февраля в город возвращается гауптштурмфюрер СС Гайдельберг. В январе он был отозван из айнзатцкоманды «6» в Берлин, где получил назначение на должность начальника 3-го отдела, формируемой полиции безопасности и СД генерального округа «Сталино». Теперь он отвечал непосредственно за службу безопасности, ну или, говоря языком обывателей, стал шефом «гестапо».

Совместно с шарфюрером Матиасом Графом, хорошо владевшим русским языком, они явились на совещание Городской Управы, где поставили вопрос о выделении в кратчайшие сроки на окраине города изолированной территории, для переселения еврейской общины. После обсуждения с бургомистрами и начальниками полиции районов, сошлись на Белом карьере у Бальфуровского моста. Бургомистру Петушкову, его заместителю Эйхману, и начальнику жилищного отдела Долгову, было поручено в трехдневный срок очистить эту территорию от проживающих, и обнести колючей проволокой.

В современном понимании Белый карьер находился на месте площади перед цирком, автозаправки и супермаркета «Амстор». До революции там добывали каолиновую глину, а уже в советские годы его склоны были застроены самодельными лачугами, в которых селились рабочие металлургического завода.  Карьер имел треугольную форму, и с двух сторон ограничивался высокими дорожными насыпями – современным Ленинским проспектом, и уже не существующей железнодорожной веткой на Смолянку. По западному склону ярусами поднимались полуземлянки и хибары, а на дне плескалось небольшое озерцо, и протекала река Скоморошина.


Белый карьер с привязкой к современной территории Донецка

Согласно показаниям А. Эйхмана, курировавшего со стороны Горуправы все вопросы, связанные с евреями, распоряжение СД было выполнено в двухдневный срок. Сложно поверить, что за это время можно было обнести забором такую большую территорию, поэтому, скорее всего, забор проходил лишь по улицам Нахаловки, от насыпи до насыпи. По воспоминаниям очевидцев, выселили не всех обитателей Белого карьера, а только жителей несколько улиц. Их расселили на Первой и Восьмой линиях, но ближе к лету, когда заработала городская электростанция, их опять выселили, а квартиры отдали немцам.

На данный момент дата создания еврейского гетто в Сталино точно не известна. Исследователь А.И. Круглов, сообщает, что 25 февраля все евреи были переселены на Белый карьер, но ему противоречат показания очевидцев, утверждающих, что это произошло в марте. Единственной отправной точкой на данный момент можно считать публикацию в «Донецком Вестнике» от 15 марта 1942 года «Конец большевистских «Собачевок»», сообщавшую: «Временно остается только одна «собачевка», расположенная по соседству с парком культуры и отдыха. Туда будут переселены жиды…»

Переселение евреев в гетто, означало их скорое уничтожение, но пока оно откладывалась, до того момента когда, согласно «Донесению о ситуации в СССР №177», «позволят условия».

Март

К началу месяца закончилось формирование местной полиции безопасности и СД, и с этого момента в городе действовали две структуры с очень сходными функциями. Первоначально они, как и украинская вспомогательная полиция, подчинялись штурмбанфюреру Мору. В марте начальником полиции безопасности и СД генерального округа «Сталино» и города Сталино был назначен оберштурмфюрер СС Эрих Кертинг (Erich KÖRTING), бывший командир передового отряда «Москва» оперативной группы «В». Личность эта в истории Донецка фактически неизвестная, хотя свою должность он занимал до самого освобождения города. На его счету десятки тысяч убитых дончан. Он, как и Роберт Мор, несет полную ответственность за холокост на территории нашего города.

Но был еще один человек, без санкции которого «окончательное решение» не представляется возможным – оберфюрер СС (с апреля 1942 года бригадефюрер СС) Ганс Дёринг (Johannes Georg Döring) руководитель СС и полиции в генеральном округе «Сталино». Ему починялись все подразделения СС (кроме вафен-СС), полиция безопасности и СД, вспомогательная полиция, и охранные полицейские батальоны на большей территории Донбасса.

Вот теперь можно назвать всех палачей, ответственных за проведение холокоста в Донецке:

Ганс Деринг – виновен в организации и общем руководстве холокостом на территории генерального округа Сталино;
Роберт  Мор – виновен в уничтожении евреев в ряде городов Донецкой области и шахтерской столице;
Эрих Кёртинг – виновен в организации и соучастии в уничтожении евреев Сталино;
Андрей Эйхман – куратор холокоста со стороны Городской Управы Юзовки.


Примерно в средине месяца еврейское население было перемещено в гетто. Не смотря на то, что дата этого события остается неизвестной, сам процесс можно достаточно хорошо реконструировать, благодаря показаниям А. Эйхмана, данным в 1946 году. По уже отработанной схеме, заранее было объявлено о предстоящем переселении, для чего нужно было собрать добротные вещи, и взять еды на 5-6 дней. У начальников районных отделений вспомогательной полиции на руках были списки проживающих на вверенной территории евреев, и в 11 часов вечера по всему городу началась массовая облава. Полицаи врывались в дома и квартиры, выгоняли людей на улицы и гнали на участки. Снисхождения не делалось ни для детей, ни для больных.

К пяти часам утра на участки прибыли сотрудники полиции безопасности и айнзатцкоманды 6. Начался обыск. Все ценности и деньги изымались. Часть людей была схвачена и отправлена в тюрьмы, а остальных колоннами погнали на Белый карьер. Отстававших подгоняли плетьми и прикладами. Весь город наполнился стоном и плачем детей. Уже на месте, в карьере, оказалось, что жилья на всех не хватает, поэтому в крохотные землянки набивалось по несколько семей, но некоторые так и остались под открытым небом.

Основной контингент гетто в Белом карьере составляли старики, женщины и дети. По показаниям Эхмана там собрали более трех тысяч человек; очевидец событий Г.Л. Иофис показал, что в гетто помещалось «свыше 300 семей».

Номинально выход из гетто был строго ограничен, но сплошь и рядом можно встретить воспоминания о том, что евреи покидали его территорию по собственным нуждам. Основной целью был, конечно, поиск еды. Поначалу никакого продуктового снабжения для евреев не предусматривалось, и очень скоро в Белом карьере начался голод. Торговать на базаре или ходить в села за продуктами евреям строго воспрещалось. Когда в апреле были введены продуктовые карточки, евреи были приравнены к категории иждивенцев, им полагалось 200 грамм хлеба в день, но и тогда не все могли отоварить карточки из-за отсутствия денег.


Вид на Белый карьер весной 1942 года

По воспоминаниям очевидцев, каждое утро полицейские отбирали в гетто для работы по 10, 20 и 100 человек. Часть из них возвращалась, другие исчезали бесследно, из чего можно сделать вывод, что  конвейер смерти работал беспрерывно. Точной статистики убитых в марте евреев пока нет. Документально подтвердить можно только смерть 50 человек.

В начале марта из Берлина в Сталино наконец прибыло «гуманное» средство умерщвления, обещанное РСХА. Выглядело оно, как большой двухосный пятитонный грузовик-фургон фирмы «Заурер» (Saurer), окрашенный в серый цвет. Вернее грузовиков было два, и управляли ими гауптшарфюреры СС Заккенройтер (Sackenreuther) и Айзенбургер (Eisenburger). Речь, конечно же, о так называемых «душегубках».

«Душегубки» были разработаны с единственной целью - снять психологическую нагрузку с членов айнзатцгрупп, неизбежно появлявшуюся в процессе уничтожения большого числа людей. Теоретики Главного управления имперской безопасности посчитали, что умерщвление угарным газом подходит для этого, как нельзя лучше. Были спроектированы специальные автомобили, которые управлялись специально обученными людьми.

Как было сказано выше, газ-вагены (газовые автомобили), представляли собою герметически закрываемый фургон на автомобильном шасси. Пол в фургоне был из стальной решетки, под которой находилась труба с отверстиями. После загрузки машины, водитель соединял шлангом выхлопную трубу с трубой в фургоне, и должен был строго следить за скоростью и оборотами двигателя. Если все было сделано правильно, жертвы внутри постепенно засыпали и умирали во сне.

Газовые автомобили не входили в состав оперативных групп СД, а были к ним прикомандированы, находясь в непосредственном подчинении РСХА. За их рулем сидели только водители, прошедшие стажировку в Берлине. Никто не имел права их заменять.

На суде Роберт Мор утверждал, что видел «душегубки» только снаружи, и был не знаком с механизмом их действия, но показания гауптшарфюрера Заккенройтера опровергли его слова - в марте командир айнзатцкоманды 6 лично присутствовал на испытании нового средства умерщвления. (К сожалению, точная дата этого события на суде так и не была озвучена).

Испытание проходило во внутреннем дворе гостиницы «Донбасс». Через заднюю дверь в газ-ваген было натромбовано пятьдесят человек, включая женщин и детей. Отравление выхлопными газами длилось 15-20 минут, до того момента пока жертвы не перестали кричать. Штурмбанфюрер Мор наблюдал всю экзекуцию от начал до конца и в целом остался доволен.

Апрель.

В ночь с 4 на 5 апреля 1942 года православное население оккупированного Сталино служило всенощную в честь праздника Пасхи, а в одной из школ мерзли 200 иудеев. Вечером полицаи вывели их из гетто для отправки на новое место поселения, но немцы решили для начала провести дезинфекцию и отобрали всю верхнюю одежду.

К рассвету во двор школы заехал громадный грузовик серого цвета. Разбуженным евреям было объявлено, что новую одежду они получат непосредственно в фургоне, и по одному стали выпускать во двор. Однако одежды внутри не оказалось. Когда в машину погрузилось 50 человек, двери фургона были закрыты, и грузовик уехал.

За рулем сидел гауптшарфюрер Заккенройтер. Его напарник накануне симулировал болезнь, и вместе со второй «душегубкой» был отозван в Германию. Вот тут и выяснилось, что место массового захоронения на шахте 4-4 бис оказалось не совсем удачным. То ли оно было слишком близко, то ли Заккенройтер спешил, то ли наше бездорожье поставило крест на нацистских инструкция, но по прибытию на шахту немцев ждал страшный сюрприз.

Все сидевшие внутри «душегубки» отнюдь не «спокойно заснули», а умерли в страшных мучениях. Весь пол фургона был покрыт мочой, калом и рвотой; на лицах покойников застыли ужасающие гримасы. Пришлось сотрудникам айнзатцкоманды в буквальном смысле пачкаться в дерме, волоча трупы к шахтному стволу.

Вот, как описывал этот инцидент один из членов команды: «Никакого отбора не делалось. Мужчины, женщины и дети, одетые, должны были садиться в машину. По моим оценкам каждый раз туда сажали по 60 человек. Подниматься они должны были по лестнице.  По-моему,  евреи  не  знали,  что  их  будут  отравлять  газом. После того как двери запирались, мы ехали впереди или позади душегубки к одной заброшенной шахте. Душегубка не могла подъехать к ней вплотную, и мы должны были вытаскивать трупы из машины и 8 метров тянуть их по земле к шахте и сбрасывать вниз...»  

А ведь это была только первая партия евреев за этот день. Не удивительно, что «гуманное» средство умерщвления сыскало себе дурную репутацию. До момента ухода айнзатцкоманды 6 из Сталино в июне 1942 года, «душегубка» была использована всего 4 раза. Классический расстрел показался Мору намного гуманнее.

Весь апрель продолжалось постепенное исстребление евреев на Белом карьере. Немалую роль тут сыграли и естественные смерти от ужасных условий обитания. Люди на карьере умирали и от голода и от болезней. К концу месяца в землянках проживало не более 400 человек.

 О том, что в ночь на 1 мая 1942 года гетто в Белом карьере будет уничтожено, знал только узкий круг избранных, по крайней мере, полицаям, дежурившим на входе в гетто, никто ничего не сообщил, и они преспокойно выпустили нескольких евреев, которые только так избежали неминуемой смерти. Хотя косвенные признаки готовящейся акции, при желании, можно отыскать. Так с 20 по 30 апреля в городе была проведена внезапная перепись населения, а через девять дней с 9 по 21 мая её повторили. Для чего это было делать, как не для уточнения численности евреев и не контроля их истребления?

В 2 часа ночи 1 мая 1942 года украинская вспомогательная полиция разбудила население еврейского гетто и объявила о предстоящем переселении на новое место. С собой разрешалось брать еды на 3 дня и ценные вещи. У ворот ждали грузовики, включая «душегубку».

Знали ли  евреи, что их везут на уничтожение? Однозначно – нет! Конечно, такие слухи ходили, но никто ничего конкретно не знал. Да и сам процесс уничтожения гетто, если отбросить лишнюю патетику,  выглядит донельзя обыденным. Анализируя воспоминания евреев, переживших ту страшную ночь, можно сделать выводы, что полицаи не имели списка лиц, проживавших в гетто. Они не искали тех, кто ушел из карьера накануне днем, или тех, кто просто спрятался. Все ограничилось подомовым обходом. Евреям просто объявили, что их эвакуируют, погрузили в машины и вывезли к шахте 4-4 бис. Так делали уже ни единожды. Рутина.

С мая 1942 года город Сталино считался «свободным от евреев», хотя их выявление продолжалось весь период оккупации. В большинстве своем это были единичные случае, изредка ловили еврейские семьи, прятавшиеся у местных жителей. Обычно иудеи старались выбраться из города в местность, где их никто не знал. Те же, кого удавалось схватить, передавались в полицию безопасности и СД. Вспомогательная полиция или фельджандармерия непосредственными расстрелами евреев занимались крайне редко. Даже в массовых акциях им отводилась вспомогательная роль по конвоированию и оцеплению места казни. В СД, пойманные евреи содержались до ближайшей отправки партии заключенных на шахту 4-4бис.

В заключение хочется сказать пару слов о возмездии, постигшем участников холокоста в Донецке.

Андрей Андреевич Эйхман, бургомистр Юзовки (Сталино). Был захвачен советскими органами, судим в 1946 году и приговорен к смертной казни.

Роберт Мор, командир айнзатцкоманды 6. В 1945 году был схвачен американцами, дважды бежал. До 1959 года скрывался под вымышленным именем. С 1963 по 1967 год в городе Вупперталь проходил суд над ним и рядом других членов оперативной команды 6. За свои преступления осужден на восемь лет лишения свободы.

Эрих Кёртинг, начальник полиции безопасности и СД генерального округа «Сталино» и города Сталино. После освобождения города был назначен на должность начальника полиции безопасности и СД генерального округа «Киев». О послевоенной судьбе ничего неизвестно. Считается пропавшим без вести.

Ганс Дёринг до 1 мая 1943 был руководителем СС и полиции генерального округа «Сталино», после чего вернулся в войска СС, в ряды 16-й моторизованной дивизии СС «Рейхсфюрер СС». В апреле 1945 года дивизия сдалась в плен американцам. Деринга никогда не судили за его преступления на оккупированных территориях. После войны он плотно сотрудничал с властями ФРГ.


А.Ю. Кашкаха

http://kashkaha.livejournal.com/26211.html

Отдельная благодарность:
Д. Титаренко
Пользователю «Серг» с сайта Reibert|
А. Юзовскому

 

 
Нравится Категория: Горькие дни войны | Просмотров: 204 | Добавил: Liza | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: