ПОСЛЕДНИЙ ШОЙХЕТ В СОВЕТСКОМ ДОНЕЦКЕ - 4 Января 2013 - Юзовка-Сталино-Донецк: страницы еврейской истории
Приветствую Вас, Гость
Главная » 2013 » Январь » 4 » ПОСЛЕДНИЙ ШОЙХЕТ В СОВЕТСКОМ ДОНЕЦКЕ
19:54
ПОСЛЕДНИЙ ШОЙХЕТ В СОВЕТСКОМ ДОНЕЦКЕ

К моей младшей сестре Зине в Израиль приехал большой гость из.родного Донецка - Владимир Рехлис. Позвонила мне Зиночка и рассказала,что Володя привёз ей газеты, издаваемые еврейской общиной г. Донецка.     

В газете <<Наша жизнь>>, No. 171 за июнь 2012 г., напечатана заметка Йегуды Келермана, заместителя председателя Донецкой областной еврейской общины, в рубрике "Устная история донецких евреев". В ней говорится о том, что внук бабушки Эльки Плоткиной рассказал, что его бабушка хорошо знала шойхета г. Донецка, который был последним шойхетом в этом городе в советское время.  

Я с сестрой поняли, что речь идет о нашем отце, хотя имя его в  заметке не было названо. Видимо, внук бабушки Эльки забыл или не знал имени шойхета. Этим шойхетом был наш отец Мендл Желиховский, которого бабушка Элька Плоткина хорошо знала. Она часто бывала в доме наших родителей. Родом она была, как и папа, из Белоруссии. 

Евреи, молившиеся в миньяне, уважительно называли папу реб-Мендл. Он не был ребе (раввином), но слово <<реб>> на идиш соответствует слову <<рав>> на иврите, имеющее множество значений, в частности, - раввин, старший и др. И был папа старшим среди евреев Донецка, не потерявших тогда свою веру, старшим по знанию еврейской религии и умению возглавить и проводить молитвы в миньяне.     

Папа родился в октябре 1899 г. в селе Поречье, что на реке Птичь, в Белоруссии. Был он  первым по рождению сыном, первенцем, у нашего деда Хаим-Янкеля и бабушки Зелды (среди семи их сыновей и одной дочери). Дед был кузнецом, воевал против Японии в 1904-1905 гг. В 1919 г. его убили белополяки.     

Много лет отец учился в йешиве, стал шойхетом и моэлем. В 1926 году он приехал, по приглашению евреев, в еврейскую земледельческую колонию Красносёлка. Колония была  основана в 1845 году в Украине (ныне Запорожская область) выходцами из Витебской и Могилёвской губерний. Всего было создано 17 еврейских земледельческих колоний, центральной колонией (в советское время районным центром) стала колония (село) Новозлатополь. В колонии Красносёлка (на идиш её называли Дритн-Нумер, т.е. Третий номер) папа Мендл стал шойхетом и моэлем. В колонии была кирпичная синагога, в которой евреи молились и справляли праздники в царские времена и до 1930-го года.

 В 1927 году папа женился на нашей маме Блюме Дукаревич, потомственной колонистке. У них родились и здравствуют поныне трое детей: старшая сестра Рахиль, я, Хаим, и младшая сестра Зина. Все мы, и семьи наши, живём в Израиле.   



Хаим Желиховский

 В 1930 году, как известно, началась "сплошная коллективизация крестьянства и ликвидация кулачества как класса". Как духовное лицо, папа и вся наша семья стали "лишенцами", т.е. лишёнными права голоса.Синагога была закрыта, папа перестал быть шойхетом и моэлем. Но мне, родившемуся в феврале 1930 г., на восьмой день, тайно, он сделал брит-милу (обрезание). Позже, в 1960 г., он сделал обрезание своему внуку Саше.     

Был папа образованным человеком, хорошо знал русский язык. Это помогло ему окончить Ростовские заочные бухгалтерские курсы, и до лета 1941 г. он работал бухгалтером СельПО в нашей колонии Красносёлка. Папа прекрасно понимал, что быть лишенцем очень опасно для всей семьи - могли выселить в Сибирь. Надо было спасать себя и семью. И он принял решение, которое исполнял аккуратно. Во время уборки колхозного урожая он вставал чуть свет, брал мешок и уходил на уже убранное поле, собирал оставшиеся колоски. Все собранные колоски он относил в колхоз, а потом уходил на свою работу в СельПО. Так продолжалось несколько лет, пока "громада" (общество) колхоза не постановила вернуть Менделю Желиховскому, следовательно, и семье гражданские права. В 1937 г. родители уже голосовали на выборах. Старшая сестра Рахилечка и я уже могли учиться в школе (четырёхлетка на идиш до сентября 1939 г., а затем семилетка на украинском языке). 

До 1939 г. школьники, окончившие 4-й класс, могли продолжать учёбу в районном центре Новозлатополе, где была средняя школа. Обычно после 7-го класса некоторые школьники уезжали учиться в техникум в Запорожье или в Днепропетровск. Этим еврейским ребятам было очень трудно учиться, т.к. они плохо знали русский или украинский языки. Евреи-колхозники просили открыть русскую школу. Открыли украинскую школу, семилетку, что всех устраивало. Но учить детей в городе (в техникуме или в вузе) сельским жителям было очень сложно и трудно. Поэтому многие хотели переехать в город.

До коллективизации колонисты-евреи трудились на своих земельных наделах, выделенных каждой семье царской властью, некоторые арендовали дополнительные участки земли, если в семье хватало рабочей силы и инвентаря. С годами колонисты стали жить нормальной крестьянской жизнью, сами распоряжались результатами своего труда,     они полюбили свою землю. Колхоз же лишил их того, ради чего их предки претерпели колоссальные беды (болезни, смерти, холод и голод) при переселении в дороге и на местах основываемых колоний. Земля стала ничейной, любовь крестьян к ней пропала, урожаем с полей распоряжалась партийная власть. Это было главной причиной того, что евреи-колхозники стремились переехать в город. Но жестокая и хитрая власть не давала паспорта колхозникам, превратив их в бесправных рабов, не имевших права выезда. С  годами в еврейские колхозы стали поселяться украинцы из других краёв, не имевшие земли, а потому и не чувствовавшие любви к ней как к своей собственности. Им было легче приспособиться к колхозной жизни: "всё вокруг колхозное, всё вокруг моё". Некоторым евреям, желавшим выехать в город, давали паспорта. Нашей семье было проще и легче, ведь мы были служащими. Как только папа нашел себе замену по работе, мы смогли уехать из Красносёлки. Сейчас от некогда цветущей колонии ничего не осталось.

1-го июня 1941-го года мы переехали в город Сталино. Папа устроился бухгалтером на каком-то предприятии, а ровно через 3 недели Германия напала на Советский Союз - началась Великая Отечественная  Война.

Однажды, после работы, папа рассказал о том, что известный в городе профессор-еврей (он назвал его фамилию) считает, что нет опасности для евреев, если немцы захватят г. Сталино. Власть в этом вопросе хранила молчание. Все сведения о том, что немцы убивают евреев, черпались из слухов. Однако наша мама Блюма чувствовала, что над семьёй нависла смертельная опасность. Она хорошо помнила, как в 1919 году (ей было тогда 16 лет), её отец Хаим-Гирш Дукаревич,староста колонии Роскошная (евреи называли её Галушкес), успешный земледелец, глава большой семьи, был убит выстрелом из винтовки грабителем-махновцем, когда попытался  остановить бандита.

11-го октября 1941 года, в снежную мокрую стужу, семья наша вместе с несколькими соседскими еврейскими семьями пешком двинулись из Сталино на восток - через Макеевку, Харцызск ... Затем, в открытом пульмане, иногда под бомбёжками, доехали до Дагестанского города Дербента. Соседи направились в Среднюю Азию, а мы - в Кавказские горы Дагестана (не было денег, чтобы двигаться дальше). Спасибо горному селу Уркарах (центр Дахадаевского района) и его жителям, даргинцам, которые нас приютили. Вернулись мы в Сталино в декабре 1944 г. Папа продолжил работать бухгалтером.

     После смерти великого Палача, при Н.С. Хрущеве,  по просьбе еврейской общины папа стал шойхетом Донецка с 1956 года. Он также фактически возглавлял миньян верующих евреев. В горкоме партии, в специальном списке, он значился главным среди религиозных евреев. Это было опасно, т.к. Хрущёв, а затем и Брежнев, ускоренными темпами строили коммунизм, при котором религия должна была поэтому мы могли потерять работу. Но порядочный человек, Фёдоров, выполнявший некоторые поручения горкома, сообщил сестре Зине о горкомовском списке и не пустил дело в ход. Он хорошо знал свою ученицу Зину по школе, где он преподавал физику: физик физику помог.     

Особенно трудно было молиться в миньяне при Хрущёве, так как КГБ очень строго контролировало молящихся евреев. Так, вдруг во время молитвы врывалась милиция и устраивала настоящий погром: милиционеры забирали священные книги, хватали стариков, заталкивали их в машину и увозили в отделение. После нескольких часов "ареста" их отпускали, но книги не возвращали. Во время молитв зачастую приходил контролёр, видимо, работник партии или КГБ. Он садился на стул и слушал, как молятся евреи, хотя ни слова не понимал, ведь молитвы велись на лошн-койдеш (святом языке) в форме пения. Папа считал, что контролёр прислушивался к тому, не говорят ли евреи что-то антисоветское. Конечно, никогда молящиеся евреи ничего не говорили о политике, их интересовали только молитвы и дружеское общение.

У папы был чудесный голос. Когда он работал бухгалтером на винном заводе "Молдаввино", основателем и директором которого был Авраам Семёнович Крупицкий, папа иногда, по просьбе А.С. и его зама Бермана, пел еврейские песни на идиш в кабинете директора. Папа был не только шойхетом, но и хазаном во время еврейских праздников. В помещении обычно находилась лишь часть празднующих, больше людей было во дворе. Особенно трепетно слушали папины молитвы женщины. Мама рассказывала, что у всех женщин были слёзы на глазах, слёзы радости.     

Осенью 1975 года папа тяжело заболел, но смог постепенно восстановить своё здоровье. Однако, заниматься шхитой он уже не мог, потому что его правая рука потеряла силу. И всё же со временем он стал ездить в миньян: на трамвае от Киевского проспекта до Почтового проспекта, затем пешком по Почтовому проспекту до места встречи с друзьями в миньяне на одной из линий Донецка.  Мама его уговаривала не ездить, но я убеждал её не беспокоиться, так как понимал, что эти поездки к своим друзьям в миньян поддерживают его морально и физически.

Ушёл из жизни Мендл Желиховский, последний шойхет советского Донецка, 12 марта 1986 года в возрасте 86 лет, находясь в своём доме, в своей постели в окружении своих детей, сохранив ясную память до конца. Похоронен он по еврейскому обряду на Щегловском кладбище рядом с мамой. Память о них благословенна.

                     Хаим Желиховский, Израиль
Опубликовано в газете "Наша  жизнь"

Нравится Категория: История еврейской общины | Просмотров: 717 | Добавил: Liza | Теги: еврейская община, Сталино | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 4
3  
Очень трогательная история. Спасибо. Я занимаюсь восстановлением истории моей семьи и вот уже в течении долгого времени по крупицам собираю информацию о родственниках живших в Юзовке (Сталино) до октября 1941 года. Мой прадед (Соломон) (его жена -Роза) жил в доме 32 по ул.Челюскинцев до эвакуации. По роду своей деятельности он видимо знал, а возможно как то был связан с М.Желиховским. Интересно....

4  
Уважаемый Константин!
Спасибо за внимание к моему сайту,
Приятно, что материалы находят отклик.
Как фамилия Ваших родных, живших в нашем городе?
Возможно, вы сможете подготовить материал о своих родных?
Это увеличит ваши шансы найти какую-то дополнительную информацию о них, может,даже найти каких-то родственников...

2  
Прочитал большой текст о последнем советского времени шойхоте Донецка!! Очень детально написана жизнь еврейской семьи!!!Мне нравится,что автор начал рассказ издалёка!!! Захватил и тот период когда жили еще наши деды!! И это ,мне например,интересно!! Поговорив с женой,мы установили,что в тех же колониях близ и в Новозлатополе жили деды её отца-КОВНАТ-это большая семья была!!!!

1  
Я тоже помню шойхета Желиховского ещё по 9-линии. Какое время было.
Спасибо Хаиму Желиховскому за рассказ-воспоминание и долгих лет жизни.

Имя *:
Email *:
Код *: