Михаэль Шашар. Израильтянин в Донецке. Часть 5. - 19 Марта 2013 - Юзовка-Сталино-Донецк: страницы еврейской истории
Приветствую Вас, Гость
Главная » 2013 » Март » 19 » Михаэль Шашар. Израильтянин в Донецке. Часть 5.
17:41
Михаэль Шашар. Израильтянин в Донецке. Часть 5.
Публикуется впервые
Мы продолжаем публикацию глав из книги М. Шашара "Израильтянин в Донецке" в переводе Петра Варията.
Книга рассказывает о визите  четы Шашаров в Донецк в тишрее 1990 года, о первом праздновании Рош А-Шана в Донецке.
На фотоЕврейские дети и подростки на праздновании Рош А-шана в Донецке. Сентябрь 1990 года.





Встречаем Начало года.
19.09.1990 года.
Среда.
За час до наступления светлого праздника мы спешим в Театр кукол, чтобы проверить всё ли готово, как следует, и украшаем зал плакатами, включая плакат с изображением великого атеиста, Бен-Гуриона, а также флагами Израиля. И после этого зал совершенно меняет свой облик. 


ППо-прежнему трудно поверить тому, что евреям Донецка действительно впервые спустя десятки лет официально предоставлено место для молитвы, и к тому же в одном из больших театральных залов города! Этим вечером здесь соберутся сотни людей, в основном пожилые, но также и молодые. Я поручаю кассиру театра, пожилой еврейской женщине, раздавать мужчинам белые кипы, привезенные из Страны. Свои вещи я оставляю в комнате господина Кофмана, который является заместителем директора театра – украинца. Глядя на потоки входящих в театр людей, понял, что свою задачу мы выполнили с успехом. Слухи о праздничной молитве приобрели "крылья", и, невзирая на то, что весть об этом передавалась только устно, она распространилась молниеносно от одного к другому. 
В большом и освящённом зале пожилые люди, словно маленькие дети, пытаются отыскать буквы "алэф – бэт" на плакатах, вспоминая далёкие дни детства из прошлого, возвращаясь на 70 – 80 лет тому назад.
Моё сердце разрывается от боли и большого сожаления. Вот здесь и сейчас представлен и продемонстрирован в полной мере насильственный отрыв от их культуры. Причём это произошло во всех проявлениях, с полной мощью и жестокостью. Люди знают, что они евреи, в большей степени ощущают себя евреями, но не знают даже немного о еврействе и его значении. Зал постепенно заполняется, и очень многие подходят к нам и пожимают руки мне и моей жене.
В молитве я перехожу от одного напева к другому. Они известны и общеприняты в период грозных дней. Кто-то, где-то, что-то вспоминает ещё со времён детства и напевает про себя. Но большинство остаётся молчаливым. Я завершаю чтение и, чтобы вовлечь присутствующих в участие, обучаю их песням "В будущем году в Иерусалиме" на иврите и "Когда придёт избавление" на идиш. Но трудно и очень трудно разбудить "евреев молчания"* от зимней спячки, такой длительной и навязанной им в течение более семидесяти лет. Чтение молитв завершается, но верующие не спешат покинуть зал. Невозможно одним разом стереть с лиц отпечаток горести и бед. Но лица людей уже не такие печальные, на некоторых из них пробиваются лучики света. И если мы доставили присутствующим настоящее еврейское удовольствие быть вместе (сомневаюсь, что оно когда-то было в Донецке), то это стоило многого! 

Я оставляю свой талес в комнате господина Кофмана, и вместе с женой мы выходим из здания театра на улицу подышать воздухом свободы, невзирая на то, что этот воздух, воздух промышленного Донецка не так уж и чист. В доме у Малки мы, следуя заповеди, произносим молитву, едим яблочные дольки, обмакивая их в мёд и стараемся немного ощутить праздник Рош А – шана, как мы его привыкли ощущать в Иерусалиме. Но сравнение между праздниками здесь и там условное, и расстояние между Рош А-Шана в Донецке (если даже он существует здесь) и Иерусалимом, домом, тысяча световых лет.
Галут, изгнание в своей убогости и мощи взывает здесь к небесам, плача о великом еврейском прошлом и о еврейском будущем, которого уже не будет.
Рош А - шана.
20.09.1990 года.
Четверг
Утреннее чтение молитвы начинается в девять часов. Но на этот раз пришло немного евреев, примерно двадцать мужчин, в основном старики и немного женщин, "бабушек", головы которых укутаны платками, как у русских старушек, в руках они держат кошёлки на случай покупок по дороге в "синагогу" или обратно. Нет ни одного одетого в праздничную одежду. Молодёжь и люди средних лет отсутствуют. Многие даже не знают, что сегодня Рош А – шана, Начало года. И даже для тех, кто "знает", праздник - обычный рабочий день. Очень тяжёлое ощущение для того, кто приехал из Эрец Исраэль, даже если он и не соблюдает всех заповедей.
Я сокращаю пиютим (напевы), так как нет смысла приглашать к чтению людей, которые не могут повторять молитву. Пришёл момент чтения Свитка Торы. Одним за другим я приглашаю стариков к Свитку Торы. Но они, к сожалению, даже благословения Торы не знают. Я говорю слово в слово, а они повторяют за мной, не понимая значения сказанного. До такой степени! Но всё же, глубоко в душе я радуюсь тому, что евреи встретились и молятся свободно. Ребе Шмуэль А – Коэн, старейшина евреев города, 97–ми лет, поднимается на возвышение для чтения субботней молитвы и будто бы возвращается к жизни. Его голос вновь чист и прозрачен, он вспомнил характерный напев, присущий коэнам (жрецам) и поёт в полный голос. И я произношу молитву, трублю в шофар и ощущаю, что это даётся мне не просто, но чувство важности моей миссии придаёт мне сил.
Мы завершаем молиться в обеденные часы, и все выходят в светский мир Донецка. Местные евреи, даже те, которые пришли в синагогу, все уезжают автомобилями или автобусами домой. Соблюдение заповедей Субботы этот город не видел десятки лет, не говоря уже о кошерной пище.
В нашем тесном кругу, в доме коммунистки Малки, дочери еврейского портного, мы пытаемся насладиться яствами Эрец Исраэль, привезенными нами. И когда нет халот, но сердца распахнуты, то ломоть чёрного хлеба вкусен, как медовое печенье. После обеда мы приглашены к профессору Меерсону, проживающему в большом партийном доме с добротными квартирами. По случаю нашего прихода здесь собралось несколько пар инженеров, врачей, людей с высшим образованием. Все они средних лет. Еврейская интеллигенция, сохранившая приятную еврейскую атмосферу в общении. Умные, хорошо устроенные люди, они проявляют немалый интерес к Израилю. И многие из них говорят, что хотят репатриироваться. Все ждут от меня, что я скажу. Это не Москва, даже не Ленинград или Киев, и мы первые израильтяне, с которыми общаются эти евреи. Поэтому необходимо говорить со смыслом и по содержанию. И решаю рассказать о своём отце. Мой рассказ переводится с идиш на русский язык. Мой отец был известным врачом в Германии, и когда в начале 30 – х годов репатриировался в Страну, то на первых порах в Иерусалиме голодал. Тогда не было ещё государства, и, как принято говорить, не было Сохнута. И всё же, он и не думал эмигрировать в Америку, как сделало большинство его коллег из Берлина.
---" Если вы желаете материальных благ, то лучше вам остаться здесь, так как ваша жизнь, как я вижу, "довольно хорошая", --- говорю я.
---- "Но если вы желаете жить как евреи, свободные люди со всеми трудностями в незнакомой стране, то приезжайте к нам," --- добавляю.
Может быть это избитые слова, и читатель видит в них признаки пропаганды. Но всё же они искренние и подлинные. И именно здесь, среди разумных людей, чей желудок не пуст, но еврейское сердце высохло, эти слова воспринимаются серьёзно.
Шабат. 
21.09.1990 года.
Пятница
В квартире Малки готовимся встретить Шабат. Моя жена, а также " коммунистка" Малка, возвращающая к традициям, зажигают свечи. Это третий праздничный вечер подряд, и местные "важные" евреи решили, что сегодня в театре не будут молиться. И этому есть объяснение: трудно, да и опасно старикам добираться вечером в кромешной темноте к Театру кукол. И поэтому хватит двух вечеров. Мне ничего не остаётся, как молиться одному, встретить немного грустную Субботу и произнести благословение над вином из Эрец Исраэль. 
22.09.1990 года.
Суббота
В девять утра снова молимся в театре. Сегодня пришло чуть больше людей, чем вчера. Я рассматриваю лица верующих, радуясь каждому новому человеку. Молитва подходит к концу, но ещё перед её завершением "глава общины", который в течение трёх дней праздника даже не взял в руки сидур или махзор, спешит снять со стен все плакаты. Ведь делать это, разумеется, запрещено в Шабат! И только после того, как я его одёрнул, он останавливается, но ненадолго. Сразу же после окончания молитвы он всё укладывает в автомобиль, для того, чтобы отвезти – в Субботу! – в надёжное место. Мне удаётся удержать Свиток Торы, намереваясь забрать его на исходе Субботы. Простой кустарь из дореволюционного штетла понимал в еврействе больше, чем глава общины в советском городе Донецк, в котором живут десятки тысяч евреев. Но и к этому необходимо привыкнуть.
...Ближе к полночи мы выходим из троллейбуса у Театра кукол, в котором утром молились. Изнутри пробивается свет, я стучу в дверь, сторож-еврей открывает нам дверь, и я беру Свиток Торы и талес, оставленные здесь в обеденное время. Мы хотим возвратиться домой, на квартиру на улице Розы Люксембург, но все наши усилия отыскать в течение часа такси, оказались напрасными. Нам ничего не остаётся, как возвратиться к Малке Будиловской и заночевать у неё.
Завтра утром нужно встать рано, чтобы вовремя успеть на физический факультет университета для преподавания иврита. Так мы завершаем на несколько дней религиозную часть нашей командировки, и завтра вновь возвращаемся к преподаванию языка и традиций.
 
Перевёл Пётр Варият.
* евреи молчания - определение евреев СССР, данное Эли Визелем. Эли Визель — еврейский, французский и американский писатель, журналист, общественный деятель. Лауреат Нобелевской премии мира 1986 года. Пишет на идише, иврите, французском и английском языках. Профессор гуманитарных наук Бостонского университета.
 
 
 
"В будущем году в Иерусалиме" в исполнении вокального трио "Шоколад,мента,мастик", Израиль
Нравится Категория: История еврейской общины | Просмотров: 374 | Добавил: Liza | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 2
2  
По моему,нет здесь ошибки: "сон" или "зон" фактически одно и тоже,переводится сын. Ну,а фамилия автора Шашар,а не Шафар.

1  
прочитал материал-фамилия профессора Мерзон(у него ошибка!! ) Я был на его квартире,когда приходил туда Шафар с женой и Будиловская!!А на фотке детей есть моя внучка!!!

Имя *:
Email *:
Код *: