Леонид Норкин. Голос памяти. Часть 2. - 13 Марта 2013 - Юзовка-Сталино-Донецк: страницы еврейской истории
Приветствую Вас, Гость
Главная » 2013 » Март » 13 » Леонид Норкин. Голос памяти. Часть 2.
10:34
Леонид Норкин. Голос памяти. Часть 2.

Ах, война! Это слово написано болью.
По-немецки звучит оно « КРИГ»
Это слово написано кровью
И срывается с губ, словно крик…

 

 


 
 
 
 
 
ОТЕЦ
О чём я говорить могу
с тобою в теплом сентябре?
О том, что пред тобой в долгу
и что виски, как в серебре?
О твоем пройденном пути
о ранах, подвиге, войне…
Слова какие мне найти?
Не говорить – сложней вдвойне.

Так как многие сведения об этой страшной войне я почерпнул из рассказов отца, то мне давно хотелось рассказать о нём, человеке, важном в моей жизни, которого я очень любил, но с которым мне не пришлось много общаться, особенно в детские годы. И сегодня я хочу восполнить этот пробел…
Мой отец, Яков Норкин, воспитывался только матерью вместе с братом Михаилом и сестрой Женей, потому что потерял своего отца, моего деда, в восьмилетнем возрасте. Как любой мальчишка в его годы, он мог целыми днями гонять в футбол. Его бабушка ослепла, и Яша имел задание – отводить ее в синагогу и забирать оттуда. Но мальчишка есть мальчишка! И не раз случалось так, что за своими мальчишескими играми он попросту забывал о бабушке, а вспомнив, сломя голову бежал в синагогу, где его терпеливо в одиночестве ждала старушка…
Страсть отца к футболу оставалась с ним до конца его дней, и эту страсть он передал мне, ярому футбольному болельщику, а я, в свою очередь, этот азарт передал моему младшему сыну, Александру.
Если в воспоминаниях возвратиться к футболу, то в нашей семье из уст в уста передается смешной случай о том, что, будучи страстным болельщиком, он даже во сне играл в футбол. И однажды во сне, забивая мяч, он со всей силы размахнулся ногой через спящую жену и об стену сломал себе большой палец ноги.
Трудиться отец начал рано, в 14 летнем возрасте По окончании школы-семилетки работал учеником токаря, а потом и токарем на металлургическом заводе.
Он всю свою жизнь, где бы ни работал, отличался трудолюбием, спокойной рассудительностью, добрым нравом, открытым и честным характером.

Я вспоминаю каждый раз твой искренний и добрый смех
Что даже слёзы шли из глаз, которые роднее всех.
Как ты заботился о нас, любил друзей, родных и близких.
И каждый раз, как и сейчас, я шлю поклон тебе свой низкий.
За доброту, за сердца пыл,
за твою ратную дорогу,
За то, что у меня ты БЫЛ!

Отец был родственным, любил, как говаривали тогда, «родычаться». Он искал родных, посещал их, с желанием помогал им. И работая заместителем начальника руководящих кадров комбината «Сталинуголь», он пытался подыскать работу для друзей и родственников. Его помощь ценили и долго вспоминали отца добрыми словами. Это относилось не только к родне. В те трудные годы в городе было много бездомных, нищих и обездоленных войной людей. Однажды отец заметил, что в нашем подъезде часто ночует какой-то парень. Поговорив с ним, отец нашел ему работу. И так бывало частенько.
Я помню рассказы в семье о том, как был случайно найден папин двоюродный брат, тоже Яков Норкин, тоже участник войны. Однажды, уже в послевоенные годы, отца отправили лечиться в Кисловодск. Оформляясь у стойки дежурного администратора, его вдруг спросили, почему он возвратился в санаторий: «Вы ведь только что уехали!» Оказалось, что только что из санатория действительно уехал Яков Норкин, но у него было другое отчество – Соломонович, и приехал он из Красного Луча. Таким образом, двоюродные братья нашли друг друга и общались еще долгие годы. И им было о чем говорить…
А вот несколько эпизодов фронтовой жизни отца, которые я запомнил из его рассказов.


Ещё будучи рядовым, форсируя Днепр в районе Градижска, под Чигирином, он проявил смекалку и мужество, за что был награжден медалью «ЗА ОТВАГУ». Отбивая одну из атак фашистов, он смело бросился спасать экипаж подбитого советского танка. Это ему удалось, и отец получил «ОРДЕН СЛАВЫ». Эта самая главная награда для солдата!
Самые тяжелые бои шли зимой 1944 года в районе Корсунь– Шевченковский (это был «новый Сталинград»). Здесь была окружена большая группировка немецких войск. Они пытались вырваться из котла, при этом применив, так называемые, «психические атаки». Плотными рядами, под вой сирен, фашисты шли напролом. Со слов отца, это было страшно! Но не менее страшным было идти в наступление по трупам врагов, лежащих в снегу тремя- четырьмя слоями. Тогда было уничтожено около 20 тысяч фашистов.
Не менее тяжелой была Ясско-Кишиневская операция. Это было на границе Румынии и Молдавии, в горах. Закрепившись на одной высотке, взвод отца отбивал множественные атаки противника. Немцы шли в атаку и откатывались, оставляя за собой погибших. Утром наши солдаты на склонах высоты уже погибших не видели – немцы под покровом ночи уносили своих. Но наши солдаты были так измучены боями, что не верили даже своему командиру, когда он проводил смену караула и называл пароль. Так отец за ночь не один раз падал на землю под выкрики своих же солдат: «Стой! Стрелять буду!» И стреляли!
Апрель 1945 года. Австрия. Бои за Вену. Готовится операция к наступлению на Берлин. Гвардии младший лейтенант, Яков Норкин ,командир минометного взвода, в составе 7 – ой гвардейской воздушно-десантной Черкасской Краснознаменной ордена Богдана Хмельницкого дивизии, свой славный боевой путь начинал под Сталинградом (со 2 декабря 1941 года отец служил в саперной армии по строительству оборонительных сооружений). С боями он дошел до Австрии, через всю Украину, Молдавию, Румынию, Венгрию. 6 апреля, при взятии Вены советскими войсками рядом с отцом разорвался снаряд, и он был тяжело ранен в левую ногу и живот. К счастью, один солдат подобрал раненного командира и доставил в госпиталь, расположенный поблизости. Бегло осмотрев раненого, находящегося без сознания, врач распорядился забрать все документы погибшего офицера и отправил его в морг. Но счастливый случай и здесь не оставил отца: в помещение зашла медсестра и заметила ритмичное движение грудной клетки под простыней, накрывающей «погибшего» офицера. Она подняла тревогу, и чудом спасенного отца положили на операционный стол…
И начались скитания по госпиталям Австрии, Югославии… Война для него уже закончилась, но тяжелые ранения сказались в гражданской жизни, и его не стало в 52 года!


А я вновь возвращаюсь к хитросплетению человеческих судеб…
С 1935 года по 1938 мой отец проходил срочную военную службу под Ленинградом в войсках НКВД и окончил сержантскую школу внутренних войск. Я, его сын, уже совсем в другие годы тоже окончил сержантскую школу и служил во внутренних войсках. А в тех же местах под Ленинградом мой старший сын, Олег, студент Донецкого политехнического института, проходил курс военной подготовки для получения офицерского звания.
И еще одна аналогия. Свой первый настоящий бой отец принял под Ахтыркой (Украина), а наш младший сын, Александр, там же проходил срочную военную службу. 
Нравится Категория: Семейный альбом | Просмотров: 438 | Добавил: Liza | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 1
1  
хвала тем кто помнит род свой

Имя *:
Email *:
Код *: